Государственная налоговая служба (ГНС) проверила правильность оплаты физическим лицом подоходного налога за период с 2012 по 2019 г.г. Проверкой установлено, что налогоплательщик задолжал в бюджет 4 млн. 585 тыс. леев подоходного налога.

 

Решением ГНС физическое лицо признано виновным в нарушении и обязано к уплате налога, неустойки и штрафа.

 

У Инспекции возникли подозрения, что до принудительного взыскания налога, должник продаст имущество и возможность взыскания будет упущена. После того как проверка завершилась, ГНС приняла решение наложить арест на недвижимость налогоплательщика. Оценка арестованного имущества составила 10 млн. леев.

 

Налогоплательщик подал жалобу в ГНС. Он потребовал отменить решение о налоговом нарушении и снять арест. Жалоба отклонена. Спор сторон перешел на рассмотрение в суд.

 

В судебном заседании налогоплательщик потребовал снять арест. В обоснование своей позиции он привел следующие аргументы:

 

1. Подозрения, что он продаст имущество и не будет оплачивать налог, необоснованны. Налоговая проверка начата в феврале и продолжалась месяц. До принятия решения о взыскании налога (в мае того же года) прошло три месяца. Налогоплательщик мог продать все свое имущество и скрыться. Он поступил по закону: дождался результатов проверки, написал жалобу, получив отказ, обратился в суд.

 

2. Решение об аресте не мотивировано. В нем нет ссылок на нормы Налогового кодекса. Решение об аресте нарушает требования ст. 118 Административного кодекса (АК), в которой указано, как должен быть мотивирован административный акт.

 

3. Приказ Налоговой Инспекции № 379 от 15.03.2017 года «Об утверждении формуляров, необходимых для применения мер по обеспечению погашения налогового обязательства» (далее – Приказ №379) применен с ошибками.

 

Арест наложен на основании подпункта 4 Приказа ГНС №379, который не применим к обстоятельствам дела. В частности в решении о наложении ареста указано, что имущество налогоплательщика арестовано на основании подпункта 4) пункта 2) Приказа №379.

 

Данный подпункт предусматривает: «ГНС вправе применять меры обеспечения погашения налоговых обязательств …в случае

Пп. 4) осуществления налогового контроля налогоплательщика одновременно с вынесением акта контроля и наличия подозрения о возможном отчуждении имущества налогоплательщика или его дебитора (ов) до вынесения решения по данному делу»;

 

Следовательно, арест имущества на основании п.п. 4 Приказа №379 может применяться при проведении налогового контроля.

 

Решение по делу о налоговом нарушении было издано 18 мая, арест на имущество наложен 27 мая. На момент принятия решения об аресте имущества контроль был завершен. Арест наложен после завершения контроля, что противоречит п.п. 4 Приказа №379. На основании пп. 4 Приказа ГНС №379 от 15 марта 2017 года имущество не могло быть арестовано, поскольку контроль уже был завершен.

 

4. Все сомнения в ходе применения налогового законодательства должны толковаться в пользу налогоплательщика.

 

До обращения в суд налогоплательщик написал жалобу в ГНС. Жалоба отклонена.

Но, одновременно с отказом в жалобе ГНС вносит изменения в свой акт о наложении ареста: подпункт 4 меняется на правильный и подходящий к обстоятельствам дела подпункт 1 Приказа №379.   

 

Основание наложения ареста становится соответствующим обстоятельствам дела.

По мнению истца, в сложившейся ситуации налоговым органом была допущена ошибка.

Рассмотрев жалобу, ГНС легализует допущенную ошибку.

 

Истец настаивал на том, что после подачи жалобы, ГНС уже не имела права исправлять решение и менять его текст. Исправив собственное решение, ГНС нарушила ст. 131 Административного кодекса. Допущенное исправление не является исправлением технической ошибки, оно меняет правовую суть ареста имущества.

 

Невозможно отказать в жалобе и одновременно исправлять собственное решение на основании то же самой жалобы. Если жалоба отклонена, следовало оставить в силе текст решения.

 

Представители ГНС отказались признать иск налогоплательщика и потребовали его отклонить. В обоснование своей позиции представитель налогового органа сообщил суду следующее:

 

-при составлении акта была допущена редакционная ошибка и указан ошибочный подпункт приказа ГНС, ошибка была исправлена, сути дела исправление не меняет;

 

-по результатам рассмотрения жалобы налогоплательщика принято решение произвести повторную проверку;

 

-снятие ареста невозможно, поскольку повторная проверка не завершена, а приостановлена – ГНС требуется время на изучение дополнительной информации и анализ документов

 

Заслушав стороны дела, суд принял решение удовлетворить иск налогоплательщика.

 

Суд постановил, что в данном споре конкретный подпункт приказа о наложении ареста действительно не имеет решающего значения.

 

В материалах дела имеется решение ГНС провести повторную проверку.

Решение ГНС от 18 мая 2021 года, на основании которого налогоплательщик признан виновным, приостановлено. В решении ГНС о проведении повторной проверки высказано достаточно критичное отношение к выводам первоначальной проверки. Результаты первоначальной проверки признаны недостаточными.

 

Проанализировав текст решений ГНС пришел к выводу, что первоначальное решение по налоговому нарушению от 18 мая 2021 года не порождает правовых последствий, тем более, что начата повторная проверка. Вина налогоплательщика еще не доказана.

Следовательно, имущество налогоплательщика следует освободить от ареста.

 

 

ГНС обратилась с апелляционной жалобой и потребовала отменить решение суда.

Апелляционная палата Кишинева удовлетворила жалобу ГНС.

Имущество налогоплательщика снова попало под арест.

 

АП пояснила сторонам дела, что наложение ареста является правом ГНС в целях погашения налоговых обязательств. Решение о наложении ареста достаточно мотивировано. При редактировании текста инспекторами была допущена техническая ошибка. Ошибка исправлена.

 

Изменение подпунктов, на основании которых наложен арест, законно.

 

В целом, наложение ареста является дискреционным правом органа публичной власти, то есть Инспекции

 

Дискреционное право органа публичной власти состоит в праве выбора им при применении какого-либо законоположения одного из нескольких возможных решений, соответствующих цели закона (ст. 16 ч. 1 административного кодекса).

Судебная инстанция не компетентна высказываться по поводу целесообразности административного акта.

 

Проверка осуществления органом публичной власти дискреционного права ограничивается тем, как орган публичной власти:

a) осуществил дискреционное право;

b) учел все значимые факты;

c) соблюл законные пределы дискреционного права;

d) использовал дискреционное право согласно цели, для которой оно предоставлено законом.

 

По мнению АП все указанные выше требования закона выполнены.

Снятие ареста с имущества налогоплательщика преждевременно.

 

Налогоплательщик обратился с кассацией в ВСП и потребовал отменить решение Апелляционной палаты. В обоснование своей позиции он предоставил следующие аргументы

 

-НК не допускает арест имущества в течение налоговой проверки, арестовать имущество налогоплательщика можно только после завершения налогового контроля. Акт по результатам повторной проверки не составлен. Оснований для ареста имущества нет.

 

-заполнение типового формуляра об аресте имущества, с ошибками по пунктам не может рассматриваться как принятие обоснованного решения

 

ВСП отклонила аргументы налогоплательщика и не нашла оснований для снятия ареста. Кассация отклонена. Имущество налогоплательщика остается под арестом.

Действия Инспекции признаны законными.