НЬЮ-ДЕЛИ – Мировые финансовые лидеры собираются в Вашингтоне на ежегодную весеннюю встречу Международного валютного фонда. Их надежды – и страхи – связаны с Китаем. Китай является той страной, которая способна подтолкнуть вперёд выдыхающийся процесс восстановления мировой экономики. Однако её собственный экономический рост опирается на фундамент, в котором наблюдается всё больше признаков перегрузки. Дилемма в том, что не только неудачи, но и успехи Китая создают риски для мировой экономики. Негативный сценарий может стать уникальным во всей послевоенной истории. Экономика Китая настолько велика, что последствия данного сценария почувствуют во всём мире. Но в отличие от ситуации 2008 года, когда доллар США укреплялся, содействуя быстрому восстановлению экономики развивающихся стран, юань, скорее всего, начнёт девальвироваться в случае серьёзного спада экономики Китая, что вызовет повсеместную и глубокую дефляцию. Другие валюты также могут начать девальвироваться, причём некоторые преднамеренно. Тем самым, китайский негативный сценарий может оказаться похож на события 1930-х, с их конкурентной девальвацией и стремительно падающей реальной экономической активностью. Но что, если Китай преуспеет в начатом им переходе к экономической модели, основанной на потреблении? Когда в 2007 году профицит счёта текущих операций Китая достиг 10% ВВП, уровень сбережений в стране превышал 50% ВВП, а объёмы инвестиций были больше 40% ВВП. Эти цифры представлялись излишне высокими с точки зрения как динамичной эффективности, так и роста благосостояния. В результате, быстро возник консенсус: уровень сбережений и инвестиций надо сокращать, чтобы они стали более сбалансированными. Инвестиции предполагалось обуздать введением более жёсткой финансовой дисциплины для излишне самостоятельных госпредприятий. Одновременно предполагалось укрепить систему социальной поддержки, чтобы домохозяйствам не надо было сберегать так много средств для обеспечения расходов на детей и старость. Прошло десять лет и что мы видим? Правительство создало систему социальной защиты, а профицит счёта текущих операций снизился, как и предполагалось. В прошлом году профицит не достиг и 3% ВВП, что намного ниже уровня 2007 года. Однако данные результаты не подтверждают верность используемой экономической теории. Примерно половина сокращения профицита счёта текущих операций объясняется тем, что инвестиции на самом деле выросли относительно ВВП. Впрочем, наблюдается некоторое сокращение уровня национальных сбережений, возможно, на 3,5 процентных пункта ВВП по сравнению с 2007 годом (это по оценкам МВФ, так как данные официальной статистики заканчиваются на 2013-м). Однако это снижение выглядит скромно по сравнению с ростом на 15 процентных пунктов в период 2000-2007 годов. Ещё важнее то, что это умеренное снижение уровня сбережений произошло, по всей видимости, за счёт корпоративного сектора. Сбережения домохозяйств остались примерно на том же уровне относительно ВВП, что и в 2007 году. Иными словами, то, что выросло в период экономического бума, ещё не снизилось обратно. Это настоящий паззл, и его решение важно не только для будущего Китая, но и для будущего всего мира. В целом, есть два варианта. Не исключено, что теория в принципе верна, но требуется больше времени, чтобы увидеть её результаты. В этом случае (и если власти Китая продолжат укреплять систему социальной защиты) снижение уровня сбережений компенсирует ожидаемое снижение уровня инвестиций, что позволит сохранить профицит счёта текущих операций на низком уровне. Но что произойдёт, если эта теория ошибочна (или несовершенна)? К примеру, влияние системы социальной защиты на уровень сбережений, возможно, переоценивается. Или это влияние будет компенсировано негативными последствиями старения населения. В ближайшие 15 лет численность китайцев старше 60 лет увеличится на две трети. Эти стареющие работники, возможно, сберегают сейчас всё, что только могут, для создания финансовой подушки перед приближающимся выходом на пенсию. Если в каком-то варианте данный сценарий будут реализован, уровень сбережений домохозяйств, возможно, и продолжит снижение, но лишь постепенное. Между тем, правительство будет закрывать неприбыльные заводы, что может привести к росту корпоративных сбережений. В результате, совокупный уровень сбережений останется высоким, в то время как объёмы инвестиций резко упадут, что вновь вызовет рост профицита счёта текущих операций. Это будет не самая приятная перспектива для мировой экономики. По мере замедления роста экономики Китая, то же самое будет происходить с глобальным экономическим ростом, но остающийся спрос будет перераспределён в пользу Китая, усугубляя уже и так серьёзный дефицит в других странах. Это будет история, весьма отличная от предыдущих эпизодов глобальных дисбалансов, когда большой профицит счёта текущих операций Китая, по крайней мере, в какой-то степени компенсировался быстрым ростом китайской экономики. Иными словами, если жёсткая посадка экономики Китая способна спровоцировать глобальную дефляцию, то её предотвращение означает возврат к глобальным дисбалансам. Это очень тревожные варианты, над которыми стоит поразмыслить мировым лидерам, когда в хмуром настроении они начнут собираться в штаб-квартире МВФ в Вашингтоне. Copyright: Project Syndicate, 2016