Подвергнутая импичменту, президент Бразилии Дилма Руссефф покинула свой пост, и теперь перед получившей власть администрацией президента Мишела Темера стоит задача расчистки бразильского макроэкономического хаоса. Сможет ли правительство Темера спасти разваливающуюся экономику Бразилии? Ситуация, конечно, удручает. Бразилия переживает самое мощное сжатие экономики за всю современную историю. В этом году подушевой ВВП будет на 10% меньше, чем он был в 2013 году. Уровень безработицы уже превысил 11%, что на четыре процентных пункта выше, чем в январе 2015 года. У Бразилии нет лёгкого способа восстановления экономики по одной простой причине: застарелые экономические слабости страны в последние годы стали проявляться намного интенсивней, в первую очередь, речь идёт о бюджетном расточительстве и анемичных темпах роста производительности. Возьмём ситуацию с бразильским бюджетом, которая резко ухудшилась после 2011 года: первичный профицит в размере 3,1% ВВП уступил место дефициту, превышающему 2,7% ВВП. Это привело к увеличению общего размера бюджетного дефицита почти до 10% ВВП. Однако фундаментальные причины данного ухудшения возникли уже давно. Первичные госрасходы Бразилии по отношению к ВВП выросли с 22% в 1991 году до 36% в 2014 году. Большая часть этих расходов объясняется стремлением победить эндемичную бедность в стране (сюда относится, среди прочего, и крупнейшая в мире программа денежных пособий различным категориям населения), причём без сокращения объёмов привилегий, которыми пользуются и более состоятельные граждане Бразилии. Какое-то время у бразильских властей была возможность финансировать возросшие расходы за счёт налоговых доходов, которые также росли благодаря увеличению потребления и формализации рынка труда. Кроме того, высокие мировые цены на сырьё позволяли удерживать рост ВВП на уровне около 4,5% в год в течение 2003-2010 годов, и это тоже вело к повышению доходов государства. Но формальный рынок труда, конечно, не мог расширяться бесконечно, а цены на сырьё всегда со временем падают. К сожалению, Бразилия не сумела воспользоваться «хорошими временами», чтобы добиться роста производительности. Лишь 10% роста ВВП Бразилии в 2002-2014 годах можно объяснить увеличением совокупной факторной производительности. Между тем, две трети этого роста стало результатом выхода на формальный рынок труда новых, чуть лучше обученных работников. Когда источники роста налоговых доходов Бразилии иссякли, установленные законом, обязательные увеличения расходов государства быстро выбросили Бразилию на фискальные скалы. Контрцикличные меры сегодня не являются вариантом. Для них просто нет достаточного бюджетного и монетарного пространства. Тем самым, у правительства Бразилии остаётся один единственный реальный способ восстановить деловую уверенность и оживить рост экономики: взяться за структурные слабости Бразилии. Хорошая новость в том, что правительство Темера, похоже, понимает, что это необходимо. Оно уже предложило бразильскому Конгрессу принять поправку к Конституции, запрещающую в течение следующих 20 лет увеличивать номинальные ежегодные расходы государства (в том числе на субнациональном уровне) выше уровня инфляции предыдущего года. При условии, что инфляция стабилизируется на более низком уровне, такое ограничение вызовет снижение госрасходов относительно ВВП, как только экономика страны снова начнёт расти. А поскольку рост ВВП будет сопровождаться повышением налоговых доходов, автоматически начнут решаться и проблемы бюджетных дисбалансов и накапливающегося госдолга. В период, когда у Бразилии так мало фискальной гибкости, данное правило может стать переломным для ситуации с бюджетом. Но, разумеется, одним только ограничением роста расходов нельзя решить все бюджетные проблемы. Именно по этой причине правительство Темера объявило о намерении представить Конгрессу план пенсионной реформы. Что же касается производительности, правительство нацелилось на устранение неэффективности, вызванной недостаточными объёмами строительства инфраструктуры в последние десятилетия. Увеличение масштаба инфраструктурных инвестиций поможет также подстегнуть частные инвестиции в других отраслях экономики. Критически важной станет тонкая настройка разделения ответственности между частным и государственным сектором в различных сегментах инфраструктурных услуг, в том числе с помощью независимых регуляторов. Кроме того, правительство Темера собирается заняться инвестициями в человеческий капитал, который должен стать источником роста производительности. Сегодня бразильские частные компании инвестируют в повышение квалификации персонала меньше, чем компании из других стран со схожим подушевым доходом. Это происходит, главным образом, из-за отсутствия соответствующих стимулов в налоговом и трудовом законодательстве – ситуация, которую правительство Темера предлагает изменить. Для того чтобы добиться максимального эффекта от своих усилий, правительство Темера должно также обратить внимание на проблемы неэффективности в частном секторе, вызванные недостатками в деловом климате страны. Более эффективное использование человеческих и материальных ресурсов поможет частным компаниям повысить конкурентоспособность и увеличит совокупную факторную производительность в Бразилии, особенно благодаря росту человеческого капитала страны. Если сюда добавить меры содействия внешней торговле, мы сможем увидеть, как начнёт проявлять себя «животный дух» бразильского предпринимательства, помогая Бразилии выйти из нынешнего кризиса и начать двигаться вперёд, к процветающему будущему. Мнение, выраженное здесь, является личным мнением автора, оно не обязательно отражает взгляды Всемирного банка или любого из правительств, которые он представляет. Copyright: Project Syndicate, 2016.