Бывший глава МВФ Доминик Стросс-Кан написал на страницах ведущей французской газеты Le Monde открытое письмо руководству Германии. В нем он предостерегает «немецких друзей» от возможных трагических последствий греческого кризиса для всего Евросоюза. Примечательно, что в немецких СМИ это письмо практически нигде не было опубликовано. Стросс-Кан подверг резкой критике чрезвычайно жесткие условия соглашения по Греции, а также грубую и недемократическую манеру, в которой под давлением Германии этой стране был навязан худший из всех вариантов «спасения». Бывший директор-распорядитель МВФ завершает свое письмо словами: "Еврозона, в которой наши немецкие друзья при поддержке ряда балтийских и североевропейских стран продавили свои правила, будет неприемлема для всех остальных ее членов". Кто же они, эти «остальные»? Уже сейчас появляется все больше данных о схожих финансово-экономических проблемах в другой южноевропейской стране — Италии, и даже в какой-то степени во Франции. Действительно, проблемы Греции на время отвлекли внимание от ухудшающейся ситуации в двух системообразующих странах еврозоны — Франции и Италии. Эти две экономики объединяют высокий уровень задолженности, медленные темпы роста, слабое состояние государственных финансов, утрата конкурентоспособности и отсутствие радикальных реформ. Особенно драматичная ситуация складывается в Италии. Итальянский госдолг превышает 2 трлн евро и составляет около 132% ВВП, что вдвое выше Маастрихтских критериев. Безработица перевалила за 12%, а среди молодежи она достигает 44%. Эксперты считают, что проблемы Италии носят, прежде всего, структурный характер и не связаны напрямую с долговым кризисом в еврозоне. Они обращают внимание на завышенные зарплаты, затратную систему пенсий и здравоохранения, жестко регулируемый рынок труда, щедрые социальные пособия, неповоротливый госсектор и рестриктивные правила в торговле. Согласно рейтингу Всемирного экономического форума (ВЭФ), Италия стоит на 49-м месте в мире по конкурентоспособности и 56-м - по бизнес-климату. В свою очередь, Transparency International поставила Италию на 69-е место из группы в 175 стран по уровню государственной коррупции, что сопоставимо с Румынией, Грецией и Болгарией. Значительная часть проблем связана с единой европейской валютой евро. Для Италии евро является переоцененной валютой, ведь исторически эта страна постоянно играла на девальвации лиры, поддерживая таким образом конкурентоспособность на мировом рынке. Чтобы компенсировать ограничения, связанные с евро, государство вместо девальвации постоянно наращивает долги, пытаясь поддержать жизненный уровень населения и экономическую активность. Свою порцию экономических проблем внесли за последний год и антироссийские санкции ЕС, в результате которых Италия лишилась чрезвычайно важного рынка сбыта. Многие экономисты сходятся во мнении, что Италии не избежать грандиозного финансового кризиса. Чтобы стабилизировать, а затем и сократить уровень задолженности, рост ВВП должен вдвое превышать нынешние показатели. Однако ускорения роста в Италии не предвидится: как было отмечено, структурные реформы тормозятся, а бюрократия с недоверием относится к рынкам и бизнесу. Только за первую половину 2015 года Италия накопила сумму госдолга свыше 83 млрд евро, что сопоставимо с новым пакетом финансовой помощи Афинам. Аналитики исходят из того, что столь стремительный рост итальянской задолженности несет в перспективе куда более серьезную угрозу еврозоне, чем греческий кризис. В сумме же госдолг Италии приближается к 2,22 трлн евро: Италия, наряду с Грецией, стала самой «задолжавшей» страной еврозоны. В Германии утверждают, что Италия вводит в заблуждение своих партнеров, говоря о принимаемых мерах экономии. На самом деле государство набирает все новые миллиарды долга, в то время как экономика слабеет, а структурные проблемы страны не решаются. Аналитики швейцарского банка UBS назвали Италию "самым больным человеком Европы". Об этом говорят следующие факты: с начала мирового финансового кризиса 2008 года промышленное производство Италии упало на четверть, безработица выросла вдвое, доходы на душу населения — на самом низком уровне с 1997 года. Третья по величине экономика еврозоны практически не выходит из затяжной стагнации. Судя по всему, речь идет о серьезнейшем экономическом кризисе в Италии со времени Второй мировой войны. Ситуацию пока спасают меры поддержки со стороны ЕЦБ (которым руководит итальянец Марио Драги), слабый евро, почти нулевая процентная ставка в еврозоне и низкая цена нефти. Правительство Маттео Ренци начало проводить реформы — прежде всего на рынке труда, но развития они не получили, а конкурентоспособность Италии не улучшилась. Экономисты считают главной проблемой страны недостаточную производительность труда, которая даже снизилась после введения общеевропейской валюты евро. Такого не наблюдалось ни в одной из стран еврозоны. Аналитики немецкого коммерческого банка Helaba подсчитали, что рост зарплат в последние годы привел к значительному удорожанию себестоимости продукции и резкому снижению конкурентоспособности Италии на международных рынках. Страна отстает по темпам развития от других европейских стран, а ВВП (без учета инфляции) вернулся к уровню 1999 года. Очень слабо развивается научно-инновационная сфера, а сама экономика страдает от коррупции, юридических проволочек и бюрократизма, что снижает инвестиционную привлекательность Италии. Правительство пытается завести мотор затухающей экономики с помощью многомиллиардных вливаний, однако это не помогает, а финансовое положение страны только ухудшается. Последний стресс-тест ЕЦБ показал, что итальянские банки являются самыми уязвимыми в еврозоне. Ввиду многолетней рецессии и банкротств сумма «плохих» кредитов сильно выросла. По данным итальянской банковской ассоциации ABI, она приближается к 200 млрд евро, что составляет около 10% общего кредитного портфеля банков, а в ряде конкретных случаев и значительно больше. Французский экономист Жак Сапир уверен, что Италия в этом отношении следует по стопам Греции. К тому же в Италии преобладают средние и мелкие банки, не обладающие достаточным собственным капиталом, и это делает ситуацию еще более взрывоопасной. Пока что итальянцы благодаря Марио Драги получили львиную долю многомиллиардных кредитов ЕЦБ (TLTRO — targeted longer-term refinancing operations), предоставляемых на очень льготных условиях. Есть мнение, что это лишь затягивает процесс консолидации итальянских банков и избавления от «мусорных» бумаг. Чтобы задобрить Германию, правительство Ренци провозгласило курс на жесткую экономику, однако это больше похоже на «дымовую завесу». Подлинная позиция Ренци проявилась в ходе последнего раунда переговоров по Греции, когда он открыто занял сторону Афин в вопросе долга. Таким образом, считают наблюдатели, Ренци выдал свой собственный страх перед лицом аналогичного кризиса в Италии. Италия не без основания опасается навязываемых Германией мер бюджетной экономии, поскольку они будут иметь, как и ранее в Греции, негативный эффект. Эти меры создадут порочный круг замедленного роста, сокращения потребления и налоговых поступлений, что в конечном счете приведет к экономическому краху. Вариантов у Италии мало: либо меры экономии, либо ускорение роста. Однако для ускорения необходимы структурные реформы. В последние 15-20 лет в Италии (а также во Франции) делалось много обещаний по части реформ, но мало что выполнялось. Вместе с тем срок для прорывных решений истекает, и если ничего не будет сделано, серьезная угроза нависнет над еврозоной, ЕС и самим общеевропейским проектом. Как видят ситуацию в еврозоне наиболее трезвомыслящие европейские экономисты? Они считают, что с экономической точки зрения Греция, а также другие страны Южной Европы не смогут выжить в нынешней еврозоне, где жесткие финансовые правила диктует Германия. С этой точки зрения, как ни странно, был прав немецкий министр финансов Вольфганг Шойбле, который предложил исключить Грецию из зоны евро. В нынешней ситуации экономистами предлагается 3 варианта решения проблемы, на один из которых Брюссель будет вынужден пойти. 1. Реформа еврозоны в духе предложений, сделанных президентом Франции Франсуа Олландом. Еврозона получает собственное "финансовое правительство", стоящее над министрами финансов отдельных стран. И, самое главное,за счет налогоплательщиков вырабатывается единый бюджет, который обеспечит общее страхование по безработице и банковским операциям. Кроме того, еврозона получит право брать на себя долги всех ее членов. Однако такая "социализация долгов" неприемлема для Германии и других более эффективных экономик ЕС. 2. Второй вариант — это еврозона в урезанном виде, то есть коалиция стран, готовых сплотиться вокруг Германии и разделяющих ее экономические принципы. Речь идет фактически о германоцентричной конструкции, к которой могут примкнуть страны Центральной и Северной Европы плюс Бенилюкс. Этот вариант реалистичен, но означает де-факто конец Евросоюза в его нынешнем виде. 3. Третий вариант — распад еврозоны. Он может произойти в любой момент в результате внешнего или внутреннего толчка. Таким толчком может стать финансовый или политический кризис в Италии или другом слабом звене еврозоны, а также мировой экономический кризис. Политики в Брюсселе и странах еврозоны должны осознать эту ситуацию и принять соответствующие решения пока не поздно. Но, как показывает жизнь, в руководстве Евросоюза и государств-членов ЕС на сегодняшний день нет политической воли и интеллектуальной силы, которыми обладали "отцы-основатели" новой Европы в начале 50-х годов и на идеях которых европейский проект успешно развивался вплоть до конца XX века.

via | inosmi.ru